Содержание здесь

31 января 2017 года был постановлен второй обвинительный приговор нашему подзащитному полковнику Х.

И только 11 мая 2017 года было назначено судебное заседание апелляционной инстанции Мосгорсуда. Судебная система не спешит исправлять свои ошибки.

На судью Д. стороной защиты были направлены жалобы о волоките и нарушении сроков разрешения замечаний на протокол судебного заседания, в результате чего указанному судье поставлено на вид о недопустимости допущения таких нарушений.

По данному делу судебное заседание в суде апелляционной инстанции Мосгорсуда ОТКЛАДЫВАЛОСЬ 2 раза, что по нашему мнению беспрецедентно, поскольку мы не можем припомнить такие действия суда данной инстанции по другим делам.

По нашему мнению происходило вот что. Судебная коллегия должна была проконсультироваться в вышестоящих инстанциях, а также у высокопоставленного заказчика данного уголовного дела.

И лишь занятость этого высокопоставленного заказчика не позволяла судебной коллегии получить от него указание о том, какое решение нужно вынести суду.

Иного объяснения отложения разбирательства по столь очевидному для судебной коллегии заказному делу и полностью незаконному приговору у нас нет.

Судебная коллегия Мосгорсуда также отличилась обвинительным и инквизиционным уклоном, дополняя судебное следствие оглашением и приобщением дополнительных обвинительных доказательств по своей инициативе, поддержке позиции обвинения, отказом в допуске к участию в заседании представителей Уполномоченного по правам человека в РФ.

Судебная коллегия посчитала, что нет нарушения в отсутствии ордеров адвокатских образований при производстве второго расследования (следователь забыл истребовать) и второго судебного разбирательства (судья не нашел нарушений в участии защитников без ордеров и в суде и на следствии).

Притом, что в этом же уголовном деле, от защитников требовали дополнительные ордера на практически любое действие, будь то обжалование по ст. 125 УПК РФ или запрос в ФСКН.

Из чего можно сделать вывод о том, что действия суда избирательны в применении закона. Признать законным или не признать таковым суд может все что угодно, всё зависит от цели.

Оставлены без ответа доводы дополнений апелляционной жалобы о незаконности участия адвокатов в деле без ордеров:

«И наконец, вновь было грубейшим образом нарушено право на защиту осужденного, поскольку адвокаты были допущены в качестве защитников без предъявления ордеров, как на предварительном следствии, так и в суде.

Вопрос суда осужденному, есть ли у него соглашение на защиту, не имеет правового значения, поскольку обстоятельства могут устанавливаться только документами, предусмотренными законом. Осужденный может говорить все, что угодно, это его право.

Однако у адвоката Моисеева А.В. отсутствовало соглашение с Х. на его защиту на предварительном следствии и в суде, а распространяться о наличии соглашения с иными лицами адвокат не вправе, в силу положений об адвокатской тайне. Таким образом, установить наличие поручения на защиту Х., кроме как представлением ордера в дело с соблюдением стадийности процесса (на каждую стадию отдельный ордер), невозможно.

Утверждать о том, что ордера на участие в первом предварительном следствии и в суде являются основанием для участия во втором следствии и суде нельзя, поскольку при этом не соблюдается правило о стадиях процесса, а самое главное, не охватывается волей лиц, заключивших соглашения на участие адвоката в первом процессе, поскольку соглашение является возмездным гражданско-правовым договором с размером, порядком и сроками оплаты, в качестве существенных условий договора, предусмотренных в пп.3 п.4 ст.25 Федеральный закон от 31.05.2002 N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», и это соглашение было исполнено.

Требовать повторного исполнения выполненных обязательств по договору невозможно, поскольку это противоречит основам гражданского права о договорах и обязательствах (п.1 ст. 408 ГК РФ: надлежащее исполнение прекращает обязательство).

Кроме того, право обвиняемого пользоваться помощью защитника на всех стадиях процесса не корреспондирует обязанности адвоката повторно исполнять возмездное соглашение и не тождественно ему.»

 

Итак, 19 мая было вынесено определение, которым приговор признан законным, даже несмотря на нарушения, описанные в первом апелляционном определении.

Ниже приведем текст этого определения в котором особенно заметно отсутствие мотивированных опровержений доводов апелляционных жалоб, кроме стандартных слов о том, что все правильно, законно, обоснованно.

 

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ  ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

город  Москва 19  мая  2017 года

 

Судебная  коллегия по уголовным делам Московского городского суда в составе:

председательствующего  — судьи Федоровой С.В.,

судей   — Заурбекова Ю.З., Рыжовой А.В.,

при секретаре – Рахимовой Г.М.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела  уголовно-судебного управления  прокуратуры г. Москвы – Зверевой А.В.,

осужденного — Х.,

защитников – адвокатов Андреевой Н.В., Моисеева А.В.,

 

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного Х. и адвокатов Андреевой Н.В., Моисеева А.В.  на приговор N. районного суда г. Москвы от 31 января 2017 года, которым

Х.,  ранее не судимый, 

осужден по ч.2 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде  лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения Х. в виде заключения под стражу оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу. 

Срок отбытия наказания исчислен с 31 января 2017 года, зачтено в срок отбывания наказания время его содержания под стражей — с 23 декабря 2014 года по 30 января 2017 года включительно. 

Приговором  разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

 

Заслушав доклад судьи Федоровой С.В., выслушав мнение участников процесса по  доводам апелляционных жалоб, судебная коллегия

 

УСТАНОВИЛА:

 

Приговором суда Х. признан виновным в  незаконном хранении без цели сбыта наркотических средств в крупном размере, а именно  в том, что он до 23 часов 15 минут 23 декабря 2014 года в  номере № гостиницы «С», расположенной по адресу: г.Москва,  хранил наркотические средства: производное метилового эфира 3-метил-2-(1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамидо) бутановой кислоты, N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, хинолин-8-ил-1-пентил-1Н-индол-3-карбоксилат, общей массой 17,12 грамм, что является крупным размером.

 Обстоятельства преступного деяния подробно изложены в приговоре.

 

В судебном заседании Х. вину в совершении преступления не признал,  отрицая причастность к хранению наркотических средств.

 

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный Х… считает приговор незаконным, необоснованным, указывая на то, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона. Полагает, что судом грубо нарушено его право на защиту, поскольку после отмены ранее постановленного приговора и возобновлении предварительного расследования следователь допустил к участию в нем адвокатов Андрееву Н.В. и Моисеева А.В. без представления ордеров, т.е. были допущены лица, не имевшие полномочий на его защиту на стадии возобновленного следствия, в силу чего юридически выполнение следственных действий с его (Х.а) участием проводилось без защитников; органами предварительного расследования не выполнены обязательные для них указания суда апелляционной инстанции, согласно которым необходимо было обратить внимание на иные доводы апелляционных жалоб, вместе с тем, ни один довод следователем проверен не был.

Ссылается на то, что приговор основан на предположениях, суд не проверил его версию о непричастности к преступлению, при отсутствии доказательств его виновности, приводя в подтверждение данных доводов показания специалиста Р, специалиста К, свидетеля М, при этом судом, по мнению автора жалобы, необоснованно было отказано в удовлетворении ходатайств стороны защиты о проведении дактилоскопической экспертизы, ДНК-исследования, что объективно подтвердило бы его непричастность к инкриминируемому преступлению, из чего делает вывод о том, что его показания остались не опровергнутыми. Помимо этого, ссылаются на немотивированный отказ суда в удовлетворении ходатайства о проведении ему (Х.у) психофизиологического исследования с использованием полиграфа.

  Указывает на то, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, обращая внимание, что выводы суда об участии при осмотре места происшествия двух понятых, указанных в протоколе, не подтверждены, приводя показания допрошенных по делу свидетелей. Отмечает, что, сославшись в приговоре на нахождение его (Х.а) в состоянии наркотического опьянения в момент задержания, суд не признал данное обстоятельство отягчающим. Также высказывает несогласие с тем, что он находился в состоянии одурманивания, указывая в обоснование своих доводов на заключение специалиста Ш., его показания и фактические обстоятельства дела. Обращает внимание на то, что, согласно исследованным материалам, он страдает мигренеподобными болями, в связи с чем он принимал лекарственные препараты, содержащие в своем составе действующее вещество – фенобарбитал, которое является сильнодействующим, но не наркотическим.

Считает, что судом было нарушено его право на справедливое и беспристрастное судебное разбирательство, право на защиту и также нарушен принцип состязательности уголовного судопроизводства, поскольку необоснованно было отказано в вызове в судебное заседание как лиц, свидетельствующих против него, так и свидетелей по ходатайству стороны защиты, явку которых не смогли обеспечить — следователей С, М, Р, К, в связи с фальсификацией материалов уголовного дела; следователя Р, свидетеля М, эксперта-криминалиста Ф;  помимо этого не мотивировано отказано стороне защиты в осмотре вещественного доказательства – наркотического средства, которое не было исследовано в судебном заседании. Приводит довод о том, что описание представленных на экспертизу материалов не соответствует их описанию в постановлении о назначении судебной химической экспертизы, что, по мнению автора жалобы, ставит под сомнение проведение экспертного исследования в отношении изъятых, а не иных объектов, а выводу о необходимости положить в основу приговора результаты исследования и заключение химической экспертизы не приведено правовой аргументации. Обращает внимание на то, что справка об исследовании якобы изъятого у него наркотического средства была составлена за 12 часов до его задержания, при этом ссылка в приговоре на письмо начальника 3 отдела 2 по г.Москве Щ. является необоснованной, поскольку данное письмо в суде не оглашалось.

Ссылается на то, что в ходе судебного следствия было допрошено 18 свидетелей стороны защиты, показания которых судом во внимание не были приняты, и к показаниям которых суд отнесся критически, а показаниям Л, Ф. и Фи. правовой оценки в приговоре не дано. Высказывает мнение о том, что судья не читал принесенных стороной защиты замечаний на протокол судебного заседания, отклонив их в полном объеме. Просит приговор отменить, уголовное дело в отношении него прекратить.

 

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокаты Моисеев А.В. и Андреева Н.В. считают приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, при этом приводят доводы, аналогичные доводам, изложенным в апелляционной жалобе осужденного Х. Ссылаются на то, что приговор не соответствует исследованным в судебном заседании доказательствам, а отражает ход предыдущего судебного разбирательства, ссылаясь на то, что вновь постановленный приговор фактически скопирован с ранее постановленного, который был отменен, несмотря на то, что в суд были представлены и исследованы новые доказательства, которым правовой оценки не дано. Указывают на то, что суд, признав факт внесения дописок в протокол осмотра места происшествия, посчитал, что они являются несущественными, и положил данный протокол в основу приговора, тем самым вступив в противоречие с собственной позицией, поскольку внесение неоговоренных дописок в протокол после его составления делают это доказательство недопустимым. Высказывают мнение, что протокол осмотра места происшествия сфальсифицирован лицами, осуществляющими предварительное расследование по делу, путем поэтапного внесения в него дописок, приводя обоснование данному утверждению. Также обращают внимание на указание в приговоре о том, что при осмотре места происшествия была изъята, в том числе, крышка красного цвета с надписью «C», поступившая впоследствии на экспертизу, что не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку она с места происшествия не изымалась и не была указана в протоколе осмотра. Авторы высказывают сомнения в том, что на судебную химическую экспертизу были направлены именно те вещества, которые изымались, приводя показания в суде специалистов В. и К., и данные ими заключения, указывают, в том числе и на то, что показания указанных специалистов в приговоре приведены не те, которые они давали в суде.

 Помимо этого, приводят довод о том, что суд проигнорировал тот факт, что при задержании Х. было нарушено его конституционное право на неприкосновенность жилища, т.к. осмотр гостиничного номера, который Х… использовал для временного проживания, был проведен без судебного решения, т.е. незаконно. Полагают, что в приговоре не указано, по каким основаниям, при наличии противоречивых доказательств, имеющих значение для выводов суда, суд принял одни из доказательств и отверг другие, указывая на то, что противоречия в показаниях допрошенных по делу лиц не устранены, а представленные по ходатайству стороны защиты документы – не проанализированы. Считают, что судом нарушены требования закона, предъявляемые к описательно-мотивировочной части приговора. Просят приговор отменить и дело прекратить.

 

В судебном заседании осужденный Х… и адвокаты Андреева Н.В., Моисеев А.В. доводы апелляционных жалоб поддержали,  просили приговор отменить, вынести в отношении Х. оправдательный приговор.

 

Прокурор Зверева А.В. просила апелляционные жалобы оставить без удовлетворения, а приговор суда — без изменения, указывая на его обоснованность, законность и справедливость.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности осужденного Х. в совершении инкриминируемого ему преступления, вопреки доводам жалоб, соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом первой инстанции, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

В частности, вина осужденного подтверждается:

-  показаниями свидетелей –Т. и О. об обстоятельствах проведения ими ОРМ в рамках выполнения отдельного поручения следователя по обеспечению явки Х. в следственное управление для проведения следственных действий и дачи показаний по уголовному делу, в ходе которых местонахождение Х. было установлено в номере гостиницы. После неудачных попыток открыть дверь универсальным ключом, предоставленным руководством гостиницы, по согласованию с последними, дверь номера была взломана, внутри оказался Х… с пистолетом, направленным на них, а на тумбочке лежали медицинские препараты, в связи с чем  была вызвана следственно-оперативная группа, для  производства осмотра места происшествия прибыли сотрудники СОГ из ОМВД России по району Тропарево-Никулино г.Москвы, после чего дознаватель с участием специалиста-эксперта, оперуполномоченных Б., М. и двумя приглашенными понятыми произвели осмотр гостиничного номера, в ходе которого в принадлежащих Х. вещах были обнаружены пакеты с неустановленным рассыпчатым веществом внутри.

При проведении очных ставок свидетели Т. и О. дали аналогичные показания, подтвердив обстоятельства и результаты проведения осмотра места происшествия;

— показаниями свидетелей – сотрудников полиции Б. и М. об обстоятельствах их прибытия по вызову в номер гостиницы, где дознаватель с участием эксперта и понятых провела осмотр, в ходе которого в вещах Х. были обнаружены 2 свертка с веществом растительного происхождения, а также другие предметы, в том числе медицинские препараты. Свидетели подтвердили, что изъятое было упаковано экспертом ЭКЦ, порядок и ход проведения осмотра отражены в соответствующем протоколе, который был подписан участвующими лицами, затем Х… был доставлен в отдел полиции и в дальнейшем освидетельствован на состояние наркотического опьянения, а изъятые вещества были направлены на исследования в ЭКЦ.

Свои показания свидетели Б. и М. подтвердили при проведении очных ставок с Х.ым О.Г., подробно рассказав о причинах и обстоятельствах задержания осужденного, а также об изъятии из вещей Х. в ходе проведения осмотра места происшествия свертков с веществом, оказавшимся впоследствии наркотическим;

— показаниями свидетеля К. – об обстоятельствах ее прибытия по вызову в составе следственно-оперативной группы в гостиницу, где находившиеся около номера  сотрудники ФСБ ей  пояснили, что в указанном гостиничном номере находится гражданин, подозреваемый в хранении наркотических средств, после чего было принято решение об осмотре данного гостиничного номера; а также об обстоятельствах проведения ею осмотра места происшествия с участием эксперта и двух приглашенных понятых — мужчин, в ходе которого из куртки, находившейся в шкафу, был извлечен полиэтиленовый пакет с рассыпчатым веществом внутри, а из сумки, находившейся рядом с тумбочкой, также был извлечен полиэтиленовый пакет с рассыпчатым веществом внутри; все изъятое было там же ею упаковано в конверты, об осмотре ею составлен протокол, подписанный его участниками, кроме Х.а, отказавшегося от подписи. Свидетель показала, что  по факту изъятого Х… пояснил, что указанные куртка и сумка принадлежат ему, полиэтиленовые пакеты с рассыпчатым веществом внутри ему не принадлежат и он видит их впервые;

— показаниями свидетеля К., принимавшего участие в качестве одного из понятых, подтвердившего обстоятельства проведения осмотра места происшествия – гостиничного номера, в котором находился Х.., а также факт  обнаружения, наряду с пистолетом и таблетками, полиэтиленового свертка с сыпучим веществом из куртки Х.а О.В. и полиэтиленового свертка с сыпучим веществом из сумки, которые были упакованы в конверты с биркой и пояснительными надписями, о чем был составлен протокол, подписанный участниками осмотра, кроме Х., отказавшегося от подписи. Указанный свидетель подтвердил, что при проведении осмотра второй понятой присутствовал.

 

Вышеуказанные показания свидетелей судом обоснованно признаны достоверными и положены в основу обвинительного приговора, поскольку они согласуются между собой и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства:

— протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в ходе осмотра были обнаружены и изъяты, в том числе, 2 полиэтиленовых свертка с рассыпчатым веществом растительного происхождения;

— заключением судебно-химической экспертизы, согласно выводов которой — представленное на экспертизу вещество, общей массой 17,02 гр., содержит в своем составе наркотические средства: производное метилового эфира 3-метил-2-(1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамидо) бутановой кислоты, N-(1-карбамоил-2-метилпропил)-1-пентил-1Н-индазол-3-карбоксамид, хинолин-8-ил-1-пентил-1Н-индол-3-карбоксилат (часть вещества израсходована в процессе исследования и экспертизы), которое в дальнейшем признано вещественным доказательством,

а также другими доказательствами, приведенными в приговоре.

 

На основании этих и других исследованных в судебном заседании доказательств суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о виновности Х. в совершении преступления.

Вопреки доводам жалоб, все доказательства были непосредственно, полно и объективно исследованы в ходе судебного разбирательства, их анализ, а равно оценка подробно изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, не соглашаться с которой у судебной коллегии нет оснований.

При этом суд 1-й инстанции, в точном соответствии с требованиями закона привел мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу своих выводов о виновности осужденного, у судебной коллегии сомнений не вызывает. В материалах уголовного дела не имеется и в суд не представлено подтверждения искусственного создания органом уголовного преследования доказательств обвинения, поэтому доводы осужденного и его защитников о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам, установленным по уголовному делу, о необоснованном осуждении Х., о том, что уголовное дело «сфабриковано» органами предварительного расследования и носит «заказной» характер, признаются судебной коллегией неубедительными.

Суд обоснованно сослался в приговоре на показания свидетелей О., Т., М., Б., Ко., Кр., поскольку они получены в соответствии с требованиями норм УПК РФ и согласуются с другими доказательствами по делу, исследованными судом, создавая целостную картину произошедшего. Каких-либо сведений о заинтересованности указанных свидетелей при даче показаний в отношении осужденного, оснований для оговора ими осужденного, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решения суда о виновности Х., на правильность применения уголовного закона и назначенное ему наказание, судебной коллегией не установлено.

Незначительные противоречия, возникшие в показаниях свидетелей обвинения, были устранены в ходе проведения их допросов в ходе судебного разбирательства.

Вышеприведенные доказательства соответствуют требованиям ст. 74 УПК РФ, вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной для установления виновности осужденного в совершении инкриминируемого ему деяния, в связи с чем с доводами о том, что приговор основан на предположениях, судебная коллегия согласиться не может.

Утверждение адвокатов о том, что показания специалистов В. и Ко., допрошенных по ходатайству стороны защиты, приведенные в приговоре, не соответствуют их показаниям в судебном заседании, опровергается протоколом судебного заседания, кроме того,  судом были рассмотрены замечания на протокол в соответствии с требованиями ст. 260 УПК РФ с вынесением соответствующего постановления,  которые были отклонены, в связи с чем доводы жалобы о неполноте и неправильном изложении в протоколе судебного заседания показаний допрошенных по делу лиц удовлетворению не подлежат.

Судом были тщательно проверены и обоснованно отвергнуты, как несостоятельные, доводы осужденного и стороны защиты о том, что  изъятые в ходе осмотра места происшествия  два свертка с наркотическим веществом Х. не принадлежат, что они были подброшены сотрудниками ФСБ, с приведением соответствующих мотивов, с которыми судебная коллегия  соглашается и отмечает, что указанные доводы не нашли своего объективного подтверждения и опровергаются совокупностью доказательств, установленных судом. Оценка показаний осужденного в данной части, к которым суд отнесся критически, дана правильно.

Из показаний свидетелей О., Т., М., Б., Ко., Кр. усматривается, что факт изъятия свертков из вещей, принадлежащих Х., имел место, при этом свидетели подтвердили, что наркотические средства осужденному не подбрасывались, об изъятии был составлен соответствующий протокол, в котором отражены обстоятельства их обнаружения, при этом никто из участников осмотра, в том числе и Х.., заявлений о допущенных нарушениях при проведении осмотра места происшествия не делал.

Суд 1-й инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств, при проведении следственных и процессуальных действий по уголовному делу. Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре, и считает, что каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, в том числе, прав осужденного на защиту, влекущих отмену либо изменение приговора, в период предварительного расследования не установлено.

Судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденного и стороны защиты о допущенном нарушении при проведении осмотра места происшествия, о том, что осмотр гостиничного номера, используемого Х.ым в качестве жилища, был произведен незаконно, без судебного решения, поскольку из материалов дела усматривается, что осужденный на момент производства осмотра имел постоянную регистрацию и место постоянного проживания в г.Москве, данных о том, что Х… использовал гостиничный номер в качестве жилища, материалы дела не содержат; кроме того, как следует из материалов дела – регистрационной карты Х. и выписки по счету из гостиницы «С» (), номер был оплачен только на 1 сутки, указано время заезда: 23.12.2014 г. – время выезда: 24.12.2014 г., при этом, из показания допрошенных свидетелей усматривается, что в гостиничном номере Х… находился вместе с неизвестной женщиной. Помимо этого, согласно показаниям свидетелей Т. и О., прибывших в гостиницу для исполнения поручения следователя об установлении местонахождения Х. и обеспечения его явки в следственное управление (), перед тем, как войти в гостиничный номер, ими было получено согласие руководства гостиницы на взлом двери в случае, если дверь не удастся открыть универсальным ключом, который им был предоставлен.

Также, судебная коллегия полагает, что необходимость проведения осмотра места происшествия была обусловлена сложившейся ситуацией, поскольку, увидев находящегося в номере Х. с пистолетом в руке, направленным в сторону сотрудников полиции, а также находящиеся на тумбочке в номере медицинские препараты, возникло подозрение о том, что Х… является лицом, хранящим наркотические средства, в связи с чем была вызвана следственно-оперативная группы, сотрудник которой в ходе осмотра обнаружил 2 свертка с сыпучим веществом.

Данное следственное действие проведено надлежащим должностным лицом, в пределах предоставленных ему полномочий,  в соответствии с требованиями ст.ст. 166, 176, 177, 180 УПК РФ, в осмотре дознавателем места происшествия принимали участие эксперт (специалист), которым были применены технические средства, о чем имеется отметка в протоколе, в материалах дела содержится фототаблица к протоколу, а также двое понятых и иные лица, в протоколе отражены ход и порядок его проведения, а также результаты – факт изъятия, в том числе, и двух свертков с сыпучим веществом, признанные в ходе проведения в дальнейшем химической экспертизы как наркотические, которые свидетели подтвердили в ходе судебного разбирательства.

Суд 1-й инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что отсутствуют основания сомневаться в зафиксированных в протоколе осмотра обстоятельствах в части последовательности проведения оспариваемого следственного действия, соответствия действительности отраженных в протоколе осмотра обстоятельств, подтверждающих факт изъятия из вещей Х. веществ, впоследствии оказавшихся наркотическими, как и оснований считать, что вещественные доказательства, которыми были признаны изъятые наркотические средства, получены при иных, не связанных с производством следственного действия, обстоятельствах, т.е., что для проведения химической экспертизы могли быть представлены не те вещества, которые были в действительности изъяты. В составленном дознавателем Ко. протоколе осмотра места происшествия отражен факт упакования изъятых свертков в конверты, которые были представлены на химическую экспертизу, в ходе проведения которой данные конверты и имевшиеся на них пояснительные записи были отражены в заключении, факта несанкционированного вскрытия конвертов, в которых находились изъятые у Х. свертки, экспертом не выявлено.

Указание в тексте справки об исследовании о том, что объекты в двух конвертах поступили на исследование 23 декабря 2014 года, т.е. до времени фактического задержания Х. (), на что ссылались в жалобах осужденный и его защитники, правильно признано судом  явной опиской эксперта, исходя из того, что: в справке об исследовании имеется ссылка на письмо начальника по г. Москве (Щ., датированного 24 декабря  2014 года  -), исследованного в суде апелляционной инстанции, согласно которого для проведения исследования в ЭКЦ ГУ МВД России по г. Москве направляются 2 бумажных конверта, в каждом из которых находится по полиэтиленовому свертку с сыпучим веществом растительного происхождения внутри, изъятые 23 декабря 2014 года при проведении осмотра места происшествия в номере гостиницы «С»,  при этом в реквизитах справки об исследовании также указано, что она составлена 24 декабря 2014 года (объекты поступили на исследование в 02:15, исследование проведено в 06:00). Таким образом, из исследованных материалов дела следует, что объекты, обнаруженные в вещах Х. в гостиничном номере 23 декабря 2014 года, поступили на исследование именно 24 декабря 2014 года.

Суд  правильно отразил в приговоре, что разное указание цвета наркотического средства в протоколе осмотра места происшествия не свидетельствует о признании данного документа недопустимым доказательством, сославшись на то, что дознаватель К. в суде пояснила, что в ходе осмотра места происшествия было обнаружено и изъято именно вещество серо-зеленого цвета (которое в дальнейшем и поступило на химическую экспертизу, согласно материалам дела), а указание в протоколе осмотра места происшествия об обнаружении вещества зелено-коричневого цвета является опиской, допущенной ею по невнимательности; кроме того, разное указание цвета изъятого наркотического средства не может являться основанием для признания каких-либо доказательств недопустимыми, поскольку с учетом индивидуальных особенностей каждого человека воспринимать окружающую обстановку, в том числе цвета, незначительные расхождения в описании цвета наркотического средства нельзя признать существенными и являющимся основанием не доверять вышеперечисленным доказательствам.

Судебная коллегия также соглашается с выводом суда о том, что факт наличия в протоколе осмотра места происшествия дописок не влияет на допустимость указанного документа как доказательства, принимая во внимание, что выявленные дописки являются незначительными и не искажают отраженные в протоколе обстоятельства, касающиеся изъятия из вещей Х. 2-х свертков с веществом, впоследствии оказавшимся наркотическим средством, в связи с чем это обстоятельство не является основанием для признания данного документа недопустимым доказательством, как и показания специалиста Р., а также составленное им по инициативе стороны защиты заключение специалиста № о наличии в протоколе осмотра места происшествия дописок.

Ссылки осужденного и его защитников на то, что при проведении осмотра места происшествия присутствовал только один понятой, опровергается как письменными материалами дела, согласно которым двое понятых принимали непосредственное участие  при осмотре номера, удостоверили своими подписями правильность отражения хода и результатов тех действий, которые проводились в их присутствии, а также показаниями свидетелей  О., Т., М., Б., Ко., Кр.

То обстоятельство, что указанный в протоколе осмотра в качестве второго понятого Ца., согласно представленной стороной защиты справке был снят с регистрационного учета с адреса регистрации, не свидетельствует о том, что данное лицо не принимало участие при проведении следственного действия, с учетом установленных по делу обстоятельств.

 Тот факт, что в ходе осмотра места происшествия также была обнаружена крышка с надписью «C»,  которая вместе с изъятым веществом поступила на исследование и экспертизу, и в справке об исследовании указана, как пробка, не влияет на доказанность вины осужденного, поскольку она не признана в качестве вещественного доказательства по делу и не заявлялась сторонами в качестве такового.

 Судом дана надлежащая оценка заключению специалиста В., показаниям В. и Ко. о нарушениях, допущенных при проведении указанной судебно-химической экспертизы, принимая во внимание, что заключение специалиста дано на основании копий документов, представленных стороной защиты, при этом само вещество, изъятое в ходе осмотра места происшествия и представленное на химическую экспертизу, непосредственно специалистом В. не исследовалось.

Судебная коллегия, вопреки доводам жалоб, доверяет заключению проведенной по делу химической экспертизы, поскольку она проведена в соответствии с требованиями ст. ст. 195 — 199 УПК РФ, эксперту разъяснены его права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, он предупреждались об ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, само заключение соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, оформлено надлежащим образом, научно обоснованно, выполнено лицом, обладающим специальными знаниями и назначенным в порядке, предусмотренном УПК РФ, квалификация эксперта у суда сомнений не вызывала, ответы на поставленные вопросы были даны в полном объеме с учетом полномочий и компетенции эксперта,  выводы которого ясны и понятны, достаточных оснований для того, чтобы подвергать сомнению выводы проведенной экспертизы, в суд 1-й и апелляционной инстанций представлено не было. Основания и мотивы, по которым были сделаны соответствующие выводы, изложены в исследовательской и заключительной частях экспертизы, которые судебной коллегией оцениваются в совокупности с другими исследованными доказательствами по данному делу. Несогласие с заключением эксперта, не является основанием для признания данного доказательства недопустимым, как о том утверждали осужденный и его защитники.

Суд правильно отнесся к ним критически к доводам о недопустимости признания в качестве доказательства протокола медицинского освидетельствования Х., согласно которого  у последнего выявлено установлено состояние опьянения, вызванное наркотическими средствами, которое, по мнению защиты, в том числе могло возникнуть в результате употребления медицинских препаратов, указав, что какие-либо медицинские документы, подтверждающие, что Х. были назначены или рекомендованы препараты, от употребления которых имеются признаки, схожие с признаками от наркотического опьянения, отсутствуют,  также признав голословными и не подтвержденными документально показания свидетелей защиты о том, что Х… регулярно принимал лекарственные препараты, содержащие фенобарбитал.

Продолжение здесь

Ссылка на оригинал

Да 4 4

Ваши голоса очень важны и позволяют выявлять действительно полезные материалы, интересные широкому кругу профессионалов. При этом бесполезные или откровенно рекламные тексты будут скрываться от посетителей и поисковых систем (Яндекс, Google и т.п.).

Пока нет комментариев

Для комментирования необходимо Авторизоваться или Зарегистрироваться

Ваши персональные заметки к публикации (видны только вам)

Рейтинг публикации: «Уголовное дело полковника Х. о подбрасывании ему наркотиков ФСБ России (часть 16)» 1 звезд из 5 на основе 4 оценок.

Похожие публикации